начинаешь понимать, что для жителей Пара религия — скорее развлечение, чем серьезное дело. Представления большинства явно не идут дальше веры в то, что в каждом отдельном случае все торжества совершаются в честь той деревянной статуи святого, которая покоится в церковной раке. Необразованные португальские иммигранты имели, как мне казалось, очень искаженные понятия о религии. Я часто путешествовал в обществе этих блистательных представителей европейского просвещения. Они возят с собой повсюду в сундучке маленькую статуэтку какого-нибудь любимого святого, и, когда начинается буря или появляется другая опасность, они прежде всего бросаются в каюту, вытаскивают статуэтку и прижимают к губам, испуская мольбы о защите. Негры и мулаты в этом отношении сходны с простыми португальцами, но они, мне кажется, благочестивее; беседуя с ними, я всегда замечал, что в религиозных воззрениях они разумнее, чем португальцы низших классов. Что касается индейцев, то, за исключением более цивилизованных семейств, живущих близ больших городов, они вообще не обнаруживают никакого религиозного чувства. У них есть свой покровитель — святой Томе, и они неуклонно празднуют его день, так как им нравится соблюдать, все формальности; впрочем, пиршество они считают не менее важным, чем церковные обряды. На некоторых праздниках большую роль играют маскарадные костюмы, и здесь индейцы предстают во всем блеске. Они превосходно изображают диких животных, наряжаются под Каитгора и других, сказочных леших и очень искусно разыгрывают их роль. Когда приходит праздник святого Томе, каждый хозяин, у которого работают индейцы, знает, что работники его перепьются. Индеец, обычно слишком робкий, чтобы прямо попросить кашасу (ром), тогда смелеет: он просит сразу фраску (две с половиной бутылки) и, если спросить его, скажет, что собрался напиться в честь святого Томе.
В самом городе Пара провинциальное правительство способствует увеличению пышности религиозных праздников. В центре уличных процессий добровольцы из почтенных домовладельцев несут на плечах статуи главного святого и нескольких второстепенных из той же церкви; иногда вы увидите, как под такой ношей склоняется ваш сосед, бакалейщик или плотник. Перед статуями шествуют священник с причтом в расшитых одеяниях и под сенью роскошных зонтов — украшение здесь отнюдь не бесполезное, поскольку под лучами солнца очень жарко. По обе стороны это длинной процессии шагают горожане в малиновых шелковых мантиях, и каждый держит в руке большую горящую восковую свечу. Затем идут один или два пехотных полка с оркестром, а после всех — толпа; цветные чисто одеты и держатся с достоинством. Женщины неизменно выступают во всем своем блеске; их роскошные черные волосы украшены жасмином, белыми орхидеями и другими тропическими цветами. Они разодеты в свое