отец уже час напрасно ожидал его.
Около часу дня мы снова остановились в устье маленького протока. Теперь было очень жарко. Раимунду сказал, что здесь водятся олени, поэтому он взял у меня ружье — оружие более действенное, чем те жалкие лазарину, которые он употреблял, подобно прочим туземным охотникам, и какие можно купить в Пара за 7-8 шиллингов. Раимунду и Жуакин разделись догола и разошлись в разные стороны по лесу; голыми они пошли для того, чтобы бесшумнее двигаться по ковру сухих листьев: они ступали так ловко, что не слышалось ни малейшего похрустывания. Собаки остались в челне, поблизости от которого я два часа занимался энтомологией. К концу второго часа оба моих спутника вернулись, не встретив никакой дичи.
Мы сели в лодку, чтобы ехать обратно. Раимунду срезал две тонких жерди — одну на мачту, другую на шпринтов — и натянул между ними парус, который мы припасли в лодке, так как нам предстоял обратный путь по широкой реке и следовало ожидать хорошего попутного ветра до Карипи. Едва только мы вышли из протока, почувствовался ветер — морской бриз, доносящийся сюда прямо с Атлантического океана. Наша маленькая лодка была перегружена, и когда мы обогнули мыс и я увидел ту громадную ширь, через которую нам предстояло перебраться (7 миль), мне пришло в голову, что попытку переправы в таком легком суденышке следует признать совершенно безрассудной. Волны вздымались очень высоко, а руля у нас не было — Раимунду правил гребком, и нам оставалось уповать лишь на его хладнокровие и искусство — только это и могло нас избавить от опасности провалиться во впадину между волнами и оказаться тотчас же залитыми водой. В лодке только и было места, что. для нас троих, собак и убитой дичи, и когда эта хрупкая скорлупка оказывалась между вздымающимися гребнями волн, гибель наша казалась неминуемой; и в самом деле, мы то и дело черпали понемногу воду. Жуакин своим гребком помогал сохранять устойчивость лодки; я был всецело занят тем, что вычерпывал воду и следил за собаками, которые столпились на носу, визжа от страха; то одна, то другая время от времени падала за борт, и, вскарабкиваясь обратно, сильно раскачивала лодку. Напротив мыса лежала гряда камней, над которой яростно бушевали волны. Раимунду сидел на корме, суровый и молчаливый; глаза его неотрывно следили за носом лодки. Стоило, пожалуй, подвергнуться опасности и неудобству путешествия, чтобы собственными глазами убедиться в том мореплавательном таланте, который выказывают индейцы на воде. Маленькая лодка красиво шла вперед, поднимаясь на каждой волне. До Карипи мы добрались за какие-нибудь полтора часа, хотя совершенно измучились и промокли насквозь.
16 января сухой сезон внезапно закончился. Морские бризы, которые в течение нескольких дней все усиливались, вдруг прекратились, и воздух стал каким-то сырым;