«Неудивительно, – подумала Пенелопа, – что море это называют Поющим».
На поверхность этого кроткого музыкального моря они и спустили свою надувную лодку, и тут же, как обещал Ха-Ха, задул теплый ветерок. Парус выгнулся, как лук, и лодка быстро заскользила вперед, унося Пенелопу, мальчиков, Попугая и Этельреда, а также большую корзину с провизией, которую дал им в дорогу Ха-Ха. С собой они взяли также серпы для того, чтобы срезать руту и лаванду, и большие мешки, чтобы их туда складывать.
– Скажи, Попугай… – Пенелопа не в первый раз с тех пор, как очутилась в Мифландии, задавала подобный вопрос. – Кто такие оборотни? Я как будто читала про них, но плохо помню, что именно.
– А я помню, – вставил Саймон. – Это, кажется, люди, которые в полнолуние якобы превращаются в волков, так?
– Совершенно верно, – ответил Попугай. – Безобразное суеверие, и притом глупое. Но в те времена, когда Ха-Ха создавал Мифландию, множество людей твердо верили в существование оборотней, и поэтому их водилось в мире довольно много. Они умоляли разрешить им жить в Мифландии, так как они начали вымирать. И наш Ха-Ха, хоть и сомневался, все же решил уважить их просьбу и позволил им поселиться на том острове, куда мы плывем, при условии, что они разделят его с другими нарушителями спокойствия – мандрагорами и блуждающими огоньками. Тут как раз и огневки попросили подобрать для них какой-нибудь островок помрачнее, вот Ха-Ха поселил и их там.
– Я слыхала про то, как блуждающие огоньки заманивают путников в болота и зыбучие пески, – сказала Пенелопа. – А что такое «огневки»?
– Необычайно красочные существа, – ответил Попугай. – Самые красочные в Мифландии. Они родственники блуждающим огонькам, бывают и горячими и холодными, а блуждающие огоньки, как известно, всегда холодные. Огневки – премилые создания, робкие, но очаровательно прямодушные. А блуждающие огоньки – те, напротив, племя своевольное, сплошь озорники и безобразники.
– А мандрагоры? – спросила Пенелопа. – Они тоже родственники огневкам?
– Нет, нет, – ответил Попугай, – это растения, и притом ленивые бездельники. Когда-то их широко использовали в медицине и заговорах, им это, разумеется, не нравилось, они взяли и изобрели крик.
– Крик? – переспросил Питер. – Помилуйте, как можно изобрести крик?
– Они издают крик, такой ужасный, – Попугай поднял вверх для вящей внушительности коготь, – такой жуткий, леденящий душу крик, что тот, кто слышит его, сходит с ума.
– Это чтобы их не срывали? – догадался Саймой.
– Да, – подтвердил Попугай. – Так что теперь они только и делают что спят без просыпу и днем и ночью, и, если кто-нибудь их по неосторожности разбудит, они разом просыпаются и все вместе вопят. Можете себе представить, что это такое?
– Ах, черт, и нам предстоит пройти целый лес мандрагор? – проговорил Питер. – Да,