бесстрашие и преданность.
Джулиус и Стэнли следили за лабрадорами так же внимательно, как и я, видимо, тоже очарованные этими необычными животными. Сначала я надеялся, что их вид пробудит в моих собаках какую-то дремлющую ДНК или древние инстинкты. Ничего подобного. Большей частью они наслаждались зрелищем, как наслаждается им посетитель цирка, без малейшего желания самому очутиться на арене.
Здесь, на берегу океана, невольно начинаешь думать о происхождении этих собак. Есть что-то особенно привлекательное в том, как они работают, в их сосредоточенности и решительности, в их тесной связи с хозяином. Это один из примеров счастливого содружества в долгой, часто печальной истории общения человека с животными.
Мощный прибой и буруны лабрадоров не пугали. Они одолевали волны неустрашимо, иногда принимали на себя их сильный удар, но неизменно возвращались с добычей. Казалось, собаки способны заниматься этим бесконечно.
Их хозяева выглядели счастливыми и гордыми. В конце концов, заводишь таких собак не в качестве домашних любимцев, а чтобы насладиться всеми достоинствами породы, вспомнить о тех временах, когда связь человека с собакой была особенно важной не только для работы, но и для самой жизни.
С моими лабрадорами мне этого испытать не удалось. Да, их родословная начиналась еще где-то в Англии, длинный список их предков висел у меня в рамке на стене кабинета, там было множество всяких наград и отличий. Я мечтал о том, как буду стоять на берегу и бросать в воду палку или мяч, а лабрадоры будут их приносить. Вместо этого день за днем, одно лето за другим мне приходилось сидеть на берегу с женой и дочерью, с Джулиусом и Стэнли и смотреть спектакль, который разыгрывали передо мной другие.
Едва выйдя из щенячьего возраста, Джулиус как-то попробовал войти в воду, потрогал ее лапой, как пробует воду ногой какая-нибудь старушка на пляже в Майами. Нет. Слишком холодно и камни на дне колют лапу.
К тому же, как сказал мне с усмешкой местный ветеринар, когда я принес к нему Джулиуса с пораненной кровоточащей лапой, собака эта слишком нежная, и, видимо, склонна к аллергии. Песок на пляже вызывал раздражение чувствительных подушечек его лап, соленая вода их разъедала. Однажды я взял Джулиуса с собой на прогулку в дюнах и под конец он сильно хромал, последние четверть мили мне пришлось его нести. В то время он весил уже немало, так что на этой прогулке нам обоим пришлось тяжело.
«Может быть, приобрести для него ботиночки?» – предложил ветеринар, едва сдерживая улыбку. «Ну, нет», – ответил я холодно. Мой Лабрадор не будет разгуливать по пляжу в ботиночках. Пусть его охотничьи таланты оставляли желать лучшего, зато гордость была непомерной. Да и о моей следовало подумать.
Не хочется вспоминать, сколько я покупал всяческих игрушек, чтобы бросать их в воду; как я