этого во время презентации своей книги. Эта кафедра, на которой мне предстояло читать курс, располагала огромными возможностями, и студенты здесь были соответствующие. Да и сама Кэти была не из тех, кому легко сказать «нет», а главное не из тех, кто на это ваше «нет» обратит внимание.
«Звучит заманчиво», – сказал я ей. Обычно я стараюсь держаться подальше от академических учреждений – политика меня пугает, – но здесь был шанс поработать преподавателем с большим удовольствием для себя: пробыть достаточно долго, чтобы пообщаться с людьми, кое-чему научиться, освежить знания и сбежать раньше, чем все это успеет надоесть.
Но я не мог принять предложение Кэтлин, о чем ей и сказал. У меня новая собака, бордер-колли, если я на несколько недель оставлю ее с Паулой, то этого не переживет либо собака, либо жена. Вдобавок, было бы просто ужасно бросить Девона именно сейчас. Он только-только начал верить, что я этого никогда не сделаю.
Мое объяснение, почему я отказываюсь поработать в престижном университете – всего лишь из-за собаки – Кэти выслушала, не моргнув глазом. «Возьмите ее с собой, – предложила она. – Мы найдем кого-нибудь, кто сможет о ней позаботиться, когда вы будете заняты, а может быть, вам разрешат приводить ее на занятия».
Гмм… Подобное путешествие с неуправляемой собакой либо укрепит возникшую между нами связь, либо, наоборот, навсегда ее разрушит. Это чем-то напоминает «Путешествие с Чарли» Стейнбека, – Девон и я день за днем вместе в машине.
– Мой Девон – собака-лекарь, – сказал я.
– Правда?
– Да, правда.
Формально, я не солгал. В свое время мне пришлось с удивлением узнать от Дин, что Девона дрессировали как служебную собаку и дополнительно – для работы в больнице, например с теми, кто перенес инсульт.
Я брал Девона с собой в Кесслеровский реабилитационный институт в Ист-Ориндж – навещал свою приятельницу Пэт, которая очень любит собак. Она поправлялась там после операции и выпросила у администрации разрешение встретиться со мной и Девоном в вестибюле.
Я отнесся к этой идее с опасением, – такой зверь, как Девон, мог устроить там бог знает что. Но Пэт очень просила. Поэтому я приехал туда, припарковал машину, взял собаку на поводок, повел в вестибюль. И здесь этот непредсказуемый Девон поразил меня своим новым превращением.
Трое пациентов – двое из них после ампутации – в инвалидных колясках едва не заплакали, увидев Девона; так они соскучились по свои собственным домашним любимцам и так были рады его видеть.
Удерживая Девона на коротком поводке, я направился туда, где они сидели.
Девон подошел к первой коляске и сел возле нее на пол. Пожилая женщина потянулась, чтобы погладить его, а он осторожно лизнул ей руку, отчаянно виляя хвостом.
Потом он перешел к другой коляске и здесь все повторилось: он сел в ожидании, пока его погладят,