что они побудут с нами еще по крайней мере несколько лет. Покажут новичкам все излюбленные места, познакомят их с укладом жизни нашей увеличивающейся семьи. Я мечтал, как летом Стэнли будет учить их плавать в Бэттенкилле. Такова жизнь: одни пришли, другие ушли. Получилось симметрично….но слишком поспешно.
И вот опять у меня только две собаки. Девон иногда поглядывал вокруг, будто бы в поисках Джулиуса, но, по правде говоря, он всегда предпочитал, чтобы мое внимание принадлежало ему безраздельно. А Гомер казался потерянным. Я видел, как песик бродил по дому, искал своего приятеля. Я сажал его к себе на колени. Думал хоть этим его немного утешить. Мне, во всяком случае, становилось немного легче.
Впервые нас с Гомером что-то связало по-настоящему – это тоска по ушедшему. Песик начал теперь ходить вслед за Девоном, а тот, я замечал, мог иногда утром и поздороваться – лизнуть его. Хотя и в силу печальных обстоятельств, но наша компания возродилась. Нас снова было трое – «Три амиго».

XI
Полтергейст

Как друзья или близкие, так и собаки могут служить маркерами определенных периодов жизни, отделять один этап от другого.
Джулиус и Стэнли были со мной в те годы, когда я перестал числиться в штате каких-либо СМИ, порвал с крупными коммерческими организациями и стал независимым журналистом. Они были рядом, пока я писал почти все свои книги, статьи и колонки для web-сайта. Рядом с ними прошла большая часть детства дочери. Во время наших прогулок во мне зарождались и постепенно вызревали мои идеи. Для человека не слишком общительного лабрадоры были настоящими товарищами; не замена людям, разумеется, но надежные, преданные спутники. Но отблагодарить их за то, что я от них получил, мне оказалось нечем.
Когда появляется такой пес, как Девон, ваши дни тут же заполняются событиями, а память об этих ласковых нетребовательных существах постепенно блекнет. Он все заслоняет собой; только о нем вы и вынуждены думать. Для вас это одновременно и благо, и бедствие.
Жизнь с Девоном – удивительная смесь моментов любви и радости и никогда непрекращающейся борьбы. Покладистым этого пса не назовешь.
Вот пример. Месяца через два после того, как я привез Гомера, мы с Паулой, вернувшись из кино, обнаружили, что холодильник открыт. Исчез жареный цыпленок, купленный в супермаркете. Он был в закрытом пластиковом лотке, который не так-то легко вскрыть. Гмм… Кто-то, очевидно, забыл закрыть дверцу холодильника. А кто-то другой воспользовался этим. И я, кажется, догадывался, кто.
В кухне, даже после внимательно осмотра, остатки цыпленка так и не обнаружились. Вдруг Девон устремился вверх по лестнице, причем сделал это так тихо, что я бы и не заметил, если бы не мелькнул его хвост. Гомер, предпочитавший удрать, если назревал скандал, был просто в панике. Да и я не сомневался,